В театральном пространстве Беларуси ярко заявил о себе новый творческий коллектив – семейный инклюзив-театр «І». Премьера музыкального детектива «Флейта-чарадзейка» на сцене Белгосфилармонии завершилась искренними заслуженными овациями.
В том, что «Флейта-чарадзейка» «прозвучала» так чисто и звонко, по большому счету, нет ничего удивительного. В творческой группе имена тех, кто пару десятилетий назад создавал «белорусское театральное чудо». Спектакль показал, что режиссер Игорь Сидорчик и сценограф Вениамин Маршак, став профессионалами международного класса, не утратили тот самый «кураж», который создает для зрителей чудо настоящего театра.
В энтузиазме и вдохновении не уступают им и молодые коллеги. Композитор и автор либретто студентка Академии музыки Мария Деменкова в сотрудничестве с тонким лириком, популярным белорусским автором Верой Жибуль создали легкое, гармоничное музыкальное и текстовое полотно спектакля. В его канву органично вписались хореографические фрагменты веселого детектива, перемежаемые речитативами звонких детских голосов.
Художник по костюмам Янж Недвецкий, чьей основной работой являются проекты для Леди Гаги и Джонни Деппа, также принял участие в проекте. Не знаем, его ли уж это заслуга, но кто-то точно блеснул недюжинным художественным вкусом, деликатно вписав сияющие стразами арт-объекты в общую сценографию спектакля.
Но уникальность СИТі не в этом. Театр был организован МБОО «Дети. Аутизм. Родители» и компанией velcom как продолжение проекта инклюзивного образования.
Продюсер СИТі, основатель Альтернативного театра Леонид Динерштейн и художественный руководитель, артистка балета и режиссер Ирина Пушкарева, памятуя, что главное сокровище Беларуси – это ее люди, смело взялись за работу с «особенными» творческими детьми, детьми с чертами аутизма.
И действительно, почему у нас до сих пор нет своего Вуди Аллена, без работ которого Голливуд стал бы примитивным конвейером боевиков? А «Охотники за привидениями», которых придумал Ден Экройд, и сам сыграл одну из ролей! Творчество людей с чертами аутизма, от Леонардо да Винчи до Боба Диллана и Стивена Спилберга, объединяет мягкая лиричность, глубина, сосредоточенност
ь на главном – разнообразии красоты человека, ценности семьи, сложной гармонии взаимоотношений. Очевидно, для «Беларусьфильма» такие темы и их создатели-аутист
ы пока непривычны, но достойное начало этому пути положено благодаря театру «І».
Спектакль «Флейта-чарадзейка» действительно получился – неожиданно, необычно, уникально – семейным. Он доставил удовольствие и взрослым, которым не давали заскучать музыка и хореография. Фонограмма спектакля, записанная студентами Академии музыки, сплетена из легко узнаваемых гармонично сведенных номеров, подчеркивающих природные дарования юных артистов. Здесь и джазовые вариации, и милые сердцу меломана штампы из комической оперы, и получившая тактичное развитие мелодика этно-поп в стиле «Песняров».
Весело было и малышам, старательно подпевавшим юным солистам. Мелодичные детские песенки, которые практически исчезли из нынешнего эфира, звучали на столь «мілагучнай сэрцу мове».
И, пожалуй, особенно полезен будет этот спектакль бунтующим ранимым подросткам, в представлении которых теплая семейная атмосфера и безусловная родительская любовь и принятие – такая же фантастика, как радужные единороги. Здесь в эти редкие чувства можно окунуться с головой. А «Волчий хип-хоп» порадует их узнаваемой пластикой, в исполнении аутистов выглядящей особенно гармонично и естественно. Хореография спектакля, к которой приложила «руку и сердце» белорусская династия танцовщиков Дадишкилиани, заслуживает особого комплимента. Знаменитый номер «Примадонна» из «Кордебалета» Боба Фосса в исполнении Медведя просто упоителен!
Остросовременное чуть ломкое интеллектуальное обаяние, выделяющее работу этого театра, обусловлено не только талантом сценариста и волей режиссера. Этот творческий почерк присущ в первую очередь исполнителям, с которыми режиссер – почти немыслимое для сегодняшнего театра явление – успешно сотрудничает, прислушиваясь к их мнению, учитывая и раскрывая творческое дарование каждого.
Уникальность этого проекта не только в том, что на сцену выходят и срывают восторженные овации дети, от которых раньше мы опасливо отводили глаза. Главное достижение этого театра в том, что он возвращает нам, – здоровым, успешным, социально адаптированным, – такую, казалось, невозвратно утраченную ценность, как единое культурное пространство семьи. Возможность всей семьей отдохнуть душой в уютном театральном зале. Порадоваться искренности, энтузиазму и удовольствию, которые мы уже не чаем увидеть на сценах некогда любимых театров. Вновь ощутить особую задушевность, обаяние, уважительное отношение к зрителю.
Этот театр возвращает современному белорусскому театру его театральность, Ее Величество Игру. Ту самую, которая достигается отнюдь не при помощи сложной аппаратуры и дорогих костюмов, но возникает от удовольствия нахождения на сцене, взаимодействия с залом. Возможно, именно в этом и заключается особая миссия молодого театра – напомнить нам, как это – радоваться ярким краскам, веселой музыке, знакомому до жеста танцу заводных кукол – кто из нас его не танцевал!
Радует, что и мы, наконец, получили возможность осознать, как важны в обществе творческие люди, обладающие чертами аутизма – задумчиво-отстра
ненные, погруженные в свой внутренний мир. Их сосредоточенный взгляд, хрупкая угловатая пластика, особое отношение к искусству – когда флейта и девочка на наших глазах превращаются в серебристую весеннюю мелодию, а яркие обаятельные рисунки декораций юного художника обретают матиссовскую звучность, – они пробуждают в нас глубокое чувство прекрасного, скрытое под серой суетой.
Не зря именно театр с его живым действием и непосредственной ответной реакцией зала считают зеркалом общества. Спектакль «Флейта-чарадзей
ка» театра «I» показал, что душные времена тотального потребления, к счастью, ушли в прошлое, мода на искусственную агрессивность театральных постановок в «псевдоевропейск
ом» духе канула в лету одновременно с пресловутым «евроремонтом». И вполне естественно, что живую оригинальность театрального действа, его творческое своеобразие на сцену возвращают «особые» люди, «особые» дети – еще недавно забытый обществом потребления наш уникальный «человеческий ресурс». Их недооценивали, а они взяли и произвели фурор. Театр стал для детей жизнью, в которой нет изгоев. И никогда не будет.
Марина Тараканова
